15 сентября 2024 года

Эта статья написана по материалам, собранных мной в рамках подготовки семинара с одноименным названием для участников моих супервизионных групп. Перепубликация и ссылка только с указанием источника и автора текста.


ОСОБЕННОСТИ ТЕХНИКИ РАБОТЫ С НЕРЕПРЕЗЕНТИРОВАННЫМИ ПСИХИЧЕСКИМИ СОСТОЯНИЯМИ В КЛИНИКЕ ПОГРАНИЧНЫХ ПАЦИЕНТОВ

Аннотация

В настоящей статье исследуется эволюция концепции репрезентации от классических моделей З. Фрейда до подходов Парижской психоаналитической школы. На основе ограничений невротической модели подробно объясняется техника работы с пациентами пограничного спектра, чья психическая реальность характеризуется дефицитом символизации и состояниями нерепрезентированности. Подробно анализируются механизмы сгущения и смещения, а также специфика использования психического аппарата аналитика в работе переноса и контрпереноса. Особое внимание уделяется методологической модели, где центральным инструментом становится конструкция в бессознательном и связывается с концепцией Ж. Шаффер об «отказе от женского» и страхе перед уязвимостью.

Ключевые слова: Парижская психоаналитическая школа, Société Psychanalytique de Paris, нерепрезентированные состояния, сгущение, смещение, контрперенос, Ж. Шаффер, конструкции в бессознательном, отказ от «женского».



Введение. Границы невротической модели З. Фрейда

Классический психоаналитический подход, сформулированный З. Фрейдом, базируется на постулате о том, что невротический субъект страдает преимущественно от вытесненных воспоминаний. Целевая установка классической аналитической техники заключается в обнаружении этих воспоминаний, т е в переводе вытесненного бессознательного в сознательное с целью катарсического освобождения аффекта. В рамках данной модели символические конфликты, манифестирующие в симптоматике, всегда жестко детерминированы детскими травматическими переживаниями, зафиксированными в виде психических (мнестических) следов.

Однако клиническая реальность показывает, что вытесненное бессознательное, проявляющееся в сновидениях и невротических симптомах, составляет лишь малую часть человеческой психики. Значительный спектр пациентов (пограничные, нарциссические структуры) демонстрируют иные регистры функционирования, которые не могут быть адекватно интегрированы классической техникой, ориентированной на работу с неврозами. Речь идет о нерепрезентированных частях психики, лишенных первичных символических связей.



Теория репрезентаций и метапсихологический статус механизмов сгущения и смещения

В рамках классической теории неврозов З. Фрейд постулировал то, что психика функционирует как упорядоченная сеть ассоциативных цепочек. В работе «Толкование сновидений» он детально описал первичные процессы психического аппарата, среди которых ключевую роль играют механизмы «сгущения» и «смещения». Данные регистры направлены на то, чтобы модифицировать «опасный», травматический психический материал, позволяя ему обойти цензуру «Сверх Я» и проникнуть в сознание в трансформированном виде.

• Сгущение: метапсихологический процесс, при котором один-единственный репрезентант (образ, слово, элемент симптома) концентрирует в себе энергию множества различных ассоциативных путей. В невротическом регистре это позволяет сложной многоуровневой травме манифестировать в виде лаконичного символа, доступного для последующей расшифровки и интерпретации аналитиком.
• Смещение: механизм, посредством которого интенсивность (психический заряд) отдельного представления отцепляется от него и переносится на другие, изначально нейтральные или менее опасные представления, связанные с первым ассоциативной цепью. Смещение перенаправляет аффект, маскируя подлинный источник конфликта.

В невротической структуре эти механизмы работают эффективно: психика «состоит из цепочек ассоциаций», и даже самый тяжелый конфликт оказывается репрезентирован — он зашифрован в символе.

Парижская психоаналитическая школа существенно расширила это понимание, введя в фокус исследовательского внимания состояние нерепрезентированности, а также динамическое и неструктурированное сознание. Вне невротического регистра аналитик сталкивается с бессознательным, которое состоит не из вытесненных представлений, а из «сырых» влечений, неоформленных желаний и нерепрезентированных импульсов. Здесь механизмы сгущения и смещения дают сбой или приобретают деструктивный характер: аффект не смещается по ассоциативной цепи, а эвакуируется через соматизацию (телесный симптом) или отыгрывание вовне (acting out). Это мир первичных элементов, которые еще не обрели своего символического значения. Бессознательное здесь выступает не как упорядоченное хранилище символов, а как хаотичное, неструктурированное пространство, лишенное ассоциативных звеньев.



Интерсубъективное пространство сеанса: использование пациентом психики аналитика, перенос и контрперенос

Работа с нерепрезентированными состояниями трансформирует классическое понимание аналитической техники. Аналитик больше не может занимать позицию «чистого зеркала» или пассивного интерпретатора. В клинике пограничных расстройств главным терапевтическим инструментом становится собственная психика аналитика.

В пограничном регистре природа переноса (transference) меняется. Пациент проецирует на аналитика не конкретные исторические фигуры из своего прошлого, а транслирует архаический ужас, пустоту и хаос. Это не перенос-повторение, а интрузивный перенос дефицита, направленный на то, чтобы заставить аналитика почувствовать невыносимую психическую боль, которую сам пациент ментализировать не в состоянии.

Соответственно, контрперенос (countertransference) аналитика переосмысляется Парижской школой как важнейший инструмент психического восприятия. Классическое «равномерно распределенное внимание» дополняется концепцией глубокого регрессивного погружения самого аналитика. Его психический аппарат регрессирует вместе с пациентом, улавливая довербальные сигналы, соматические маркеры и телесные ощущения во время сеанса. Сознание аналитика становится временным резервуаром, «контейнером» для непереработанных влечений пациента. Аналитик использует свою способность к символизации, чтобы внутри собственной психики трансформировать сырой, хаотический аффект сессии в упорядоченные мысленные структуры, которые затем могут быть возвращены пациенту.



Технические аспекты работы

Парижская психоаналитическая школа интегрирует и переосмысляет теоретическое наследие позднего З. Фрейда, формируя на его основе гибкую аналитическую рамку. Для работы с пограничными неневротическими пациентами аналитику необходима опора на:

1. Теорию репрезентаций (представлений)

В клинике пограничных состояний теория репрезентаций выполняет роль диагностического ориентира и конечной цели анализа. Аналитик Парижской школы размышляет над качеством репрезентативного материала пациента. Присутствует ли в его речи способность к метафоризации, игре смыслов, или же его мышление носит исключительно оператуарный характер (pensée opératoire)? Техническая задача на этом этапе — восстанавливать разорванные ассоциативные цепочки, помогая пациенту заново связать изолированные следы воспоминаний с вербальными значениями.

2. Состояние нерепрезентированности

Этот пункт описывает зоны «психического ничто» — лакуны во внутреннем мире, где опыт не был переработан и зафиксирован в виде образов или слов. В техническом арсенале Парижской школы работа с нерепрезентированным требует от аналитика способности выдерживать «негативную работу» (travail du négatif). Аналитик не пытается форсировать интерпретации там, где у пациента нет для этого психического материала, а разделяет с пациентом состояние пустоты, выступая в роли свидетеля этого дефицита.

3. Динамическое и неструктурированное сознание

Работа с пациентами, чье сознание не структурировано невротическими защитами, требует изменения самого режима аналитического слушания. Сознание аналитика становится временным проводником хаоса. Техника работы в данном регистре опирается на подвижность и пластичность границ Я самого аналитика, способного выдерживать дезинтеграцию без паники – опыт, который сам аналитик получает в качестве анализанта.


4. Центральная роль конструкции в бессознательном (на основе идей Ж. Шаффер)

Конструкция является главным терапевтическим инструментом в клинике нерепрезентированных состояний, замещая собой классическую интерпретацию. Поскольку пациент не может ничего вспомнить (так как событие или дефицит никогда не были запечатлены в символической форме), аналитик берет на себя функцию архитектора его психики.

Опора на концепции Жаклин Шаффер обогащает этот пункт пониманием природы того, что именно подвергается радикальному нерепрезентированию. Ж. Шаффер в своей теории «отказа от женского» (le refus du féminin) показывает то, что за садистическим и тотальным контролем пограничного субъекта всегда скрывается архаический ужас перед пассивностью, уязвимостью и инаковостью, которые прочно ассоциируются с первичной материнской фигурой. Отыгрывая контроль, пациент защищается от этой уязвимости, как от ментальной гибели.

Опираясь на свой контрперенос, аналитик предлагает гипотетическую конструкцию — связный нарратив о том, что происходило в довербальном детстве субъекта. В контексте идей Шаффер, аналитик конструирует для пациента ту зону уязвимости и «женской» пассивности, которую тот всегда отрицал и уничтожал в себе. Предлагаемая конструкция выступает как «психический протез». Она позволяет пациенту безопасно соприкоснуться со своим младенческим бессилием, пережить его в поддерживающем пространстве кушетки и впервые начать процесс подлинной символизации, трансформируя деструктивный отказ от уязвимости в живую интеграцию «Я».



Заключение

Расширение психоаналитического понимания и выход за рамки фрейдовской теории неврозов дают современным клиницистам методологическую возможность эффективно работать со всем психическим спектром пациентов. Техника работы Парижской школы, опирающаяся на концепт нерепрезентированности и интеграцию идей Ж. Шаффер об уязвимости, позволяет осуществлять контейнирование и ментализацию тех зон психики, которые ранее считались недоступными для аналитического воздействия. Использование контрпереноса как преобразующего пространства и инструмента конструкций делает возможным исцеление тяжелых дефицитарных состояний, возвращая субъекту способность к репрезентации и интеграции собственного «Я».


Литература / References

1. Бион У. Р. Внимание и интерпретация. — СПб.: Когито-Центр, 2010. — 216 с.
2. Фрейд З. Толкование сновидений. — М.: АСТ, 2021. — 512 с.
3. Фрейд З. Конструкции в анализе (1937) // Запретное влечение / З. Фрейд. — М.: ЭКСМО, 2015. — С. 312–329.
4. Шаффер Ж. Психоанализ женского // Журнал клинического и прикладного психоанализа. — 2022. — Т. 3, № 1. — С. 38–65.
5. Green A. On Private Madness. — London: Hogarth Press, 1986. — 380 p.
6. Schaeffer J. Le refus du féminin : la Sphinge et son âme en peine. — Paris: PUF, 2022. — 288 p.